Здравствуйте, уважаемая Гретхен! Мы бесконечно счастливы и чувствуем трепет в душе от осознания того, что пишем письмо главному редактору интернационального журнала по психоанализу и замечательному психоаналитику. Для нас огромная честь и ответственность написать Вам!

 

После прочтения Вашей статьи "Наше бессознательное отношение к психоаналитической теории Psychoanalytic Quarterly", 2021 №2, 299 с., которой мы заинтересовались, внимательно изучили и решили обратиться к Вам.

 

Ваше прекрасное изложение клинического случая пациента Чарли не могло оставить нас равнодушными. Во время изучения статьи мы даже на минутку представили основателя психоанализа Зигмунда Фройда, который, мы уверены в этом, также внимательно бы изучил Вашу статью и написал Вам письмо, будь у него такие возможности.

 

Предполагаем, что свой отзыв Фройд подверг бы анализу, основываясь на строении психической реальности. Следовательно, Зигмунд Фройд увидел бы проблемное поведение мальчика Чарли несколько в другом ракурсе и этот факт является для нас очень важным для обсуждения. Позвольте нам это сделать.

 

Исходя из предоставленного случая, можно  выделить 7 основных внутренних объектов в сфере "Я":

1. Чарли;

2. Мама Чарли; 

3. Дядя Чарли;

4. Родные дети дяди Чарли;

5. Сова;

6. Психоаналитик;

7. Лес.

 

По нашему глубокому убеждению, далее Зигмунд Фройд систематизировал бы все события, произошедшие в жизни Чарли до его поступления в первую психиатрическую лечебницу и описал эту историю таким образом: "Мама очень любила своего сына Чарли и любила отца Чарли. Они были счастливой супружеской парой, у которой мог появиться только такой замечательно красивый сын. Скорее всего, что-то произошло с отцом Чарли и это горе спровоцировало тяжёлый недуг жены, осложняющий для нее дальнейшее воспитание сына. В таком болезненном состоянии мама Чарли решила обратиться к своему родному брату за помощью. Она написала ему письмо: "Любимый брат, я не смогу далее воспитывать сына. Я полностью во власти болезни. Мне очень жаль, что всё так вышло. Пожалуйста, возьми моего сына на воспитание в свою семью".

 

Безусловно, брат не отказал, но он сам был ограничен в средствах, воспитывая собственных троих детей. В результате Чарли стал для родного дяди большой обузой.

 

Вследствие сложившихся обстоятельств, в семье дяди стала разворачиваться картина несовместимости целей и действий, воспринимаемая детской психикой Чарли как самая большая трагедия в его жизни, ведь мама уверила Чарли, что дядя будет любить его как своего родного сына. Но Чарли каждый день осознавал противоположное к себе отношение: дядя любит своих детей, а Чарли ни разу не приласкал, ни сказал доброго слова, а, напротив, всегда срывал свой гнев только на Чарли и периодически его жестоко бил и наказывал.

 

У Чарли не оставалось другого выхода, кроме как защитить и сохранить свое внутреннее "Я" проявлением живого чувства агрессии, сформированного, судя по сложившимся обстоятельствам, его сильным и мужественным родным отцом, которое в дальнейшем помогло Чарли сохранить свою жизнь. Ведь в случае, если бы Чарли был склонен к мазохистическим проявлениям черт своего характера, то погиб бы в результате трагических событий, разворачивающихся в семье дяди.

 

Исходя из того, что Чарли во время череды трагических для него событий находился в эдипальном периоде своего психосексуального развития (для этого необходимо вспомнить тот факт, что мама отдала Чарли на воспитание брату, когда Чарли было 8 лет), следует, что проявление силы агрессии у ребёнка должно было стать удвоенной или даже утроенной. И Чарли сделал всё, чтобы оказаться в психиатрической больнице, потому что именно это место могло стать для мальчика более безопасным, чем дом родного дяди.

 

Мы знаем, что все двери психиатрической больницы всегда закрыты и за каждым пациентом установлен жёсткий надзор. Чарли в этом также убедился. Поэтому, выходя из автобуса, на котором Чарли приехал из психиатрической больницы в новую детскую больницу, он понял, что должен использовать шанс к побегу, увидев молодую женщину психоаналитика, от которой он смог бы убежать.

 

Всякий раз, удивляясь мудрости феномена психической реальности, понимаешь, что именно контрпереносная реакция психоаналитика заставляет её бежать за Чарли, догонять мальчика и зажимать всем своим телом.

 

Данное событие в лесу становится для Чарли поводом для успокоения и явственного осознания того, что несмотря на то, что ему было очень плохо в годы проживания в семье дяди, психоаналитику, догнавшей его в лесу, было ещё хуже в её собственной жизни. Поэтому постукивания психоаналитика по телу Чарли, нужны были, в первую очередь, только самому психоаналитику в качестве самоуспокоения.

 

Следует отметить, что в процессе профессиональной деятельности психоаналитик не имеет права оказываться в подобных ситуациях, соблюдая принцип нейтральности, который является одним из важных составляющих психоаналитических условий. Но контрперенос всегда привносит свои коррективы. В результате психоаналитик подставилась дважды: сначала она показала свой испуг, захватывая Чарли своим телом, затем рассказала про то, что она боится сову.

 

Полная картина контрпереноса, разворачивается во время бега психоаналитика по лесу, во время которого у неё возникли еще три вопроса, приведенные автором в статье: "Смогу ли я связаться с ним до того, как он потеряется?". "Он меня ударит, или я его ударю?". "Будет ли он жестоким, если я его догоню?".

 

В этом месте можно сделать предположение о том, что психоаналитик хотела сына, но боялась, что не воспитает ребёнка одна. Поэтому она крепко держала Чарли, тем самым подтверждая, что только таким действием она может держать в своих руках сына.

 

Но, освободившись от контрпереноса, психоаналитик могла бы сыграть верную роль: в контакте с Чарли быть Мадонной, которая ничего не боится и обязательно спасёт его, так как она не "жестокий дядя", она абсолютно другая – помогающая!

 

Также в этом случае, проявляя верную психоаналитическую позицию, можно было бы применить профессиональную хитрость: дать шанс Чарли отбежать чуть подальше в лес, чтобы он испугался и захотел остановиться сам. В этот момент психоаналитик могла бы крикнуть: "Чарли, я помогу тебе. Просто дай мне знать, где ты". На этот её призыв Чарли непременно бы откликнулся!

 

В заключение нам предстоит проанализировать последний важный аспект описанных событий: "Что символизирует сова?". И ответом на этот вопрос является подсказка самого автора. Сова спросила психоаналитика, когда та была в возрасте 10 лет: "Кто ты?". И этот случай испугал девочку.

 

Позвольте нам предположить, что признание себя девочкой, которая однажды станет матерью, а стало бы спасительным аргументом для психоаналитика, как человека, так и профессионала, позволяющим в дальнейшем избежать многих затруднений.

 

Чарли спросил у психоаналитика: "Вы испугались?". А психоаналитик ответила: "Да, но сова не принесла мне никакой боли". То есть психоаналитик впервые признала свою готовность быть матерью и сделала это крайне осторожно.

 

Сегодня мы уверены в том, что Зигмунд Фройд остался бы чрезвычайно удовлетворенным тем обстоятельством, что в настоящее время активно развивается и процветает его детище – современный психоанализ и в числе его последователей есть Ваше имя, дорогая Грэтхэн!

 

Уважаемая Гретхен, благодарим Вас за рассказ о том, что Вы были ученицей самого Роберта Лэнгса. Многие профессионалы тоже хотели бы стать его учениками, но не смогут этого сделать никогда. Вам несказанно повезло!

 

Пожалуйста, знайте, что на прекрасной американской земле живут и ведут научные исследования живые люди коренного народа вепсы и мы не оставляем надежды встретиться с Вами и обсудить значимые вопросы по бесконечно удивительной практике толкователей сновидений.

 

С уважением и наилучшими пожеланиями, Евгений и Ольга из клана Лакша.